Ассистент прогресса

11.06.2012 Профиль

В интервью «Профилю» бизнесмен Михаил Прохоров рассказал, зачем он возвращается в политику и создает партию, в которой даже не будет лидером

(фото Корольков Александр / ИДР)

В интервью «Профилю» бизнесмен Михаил Прохоров рассказал, зачем он возвращается в политику и создает партию, в которой даже не будет лидером.

Михаил Прохоров — одна из самых неоднозначных фигур на российском политическом поле. Получив почти 8% голосов и заняв третье место на президентских выборах, он неожиданно прекратил всякую политическую деятельность. Он не ходил на митинги, не создавал обещанную либеральную партию и даже не общался с прессой. Однако в прошлый понедельник Прохоров вновь вышел из тени, чтобы объявить о создании партии, состоящей из пятисот юристов и предназначенной для продвижения амбициозных кандидатов на региональных выборах. «Профиль» попросил Михаила Прохорова объясниться с избирателями.

ПРОФИЛЬ: Во время президентских выборов в марте за вас проголосовали 8% избирателей, но в мае, по данным ВЦИОМ, ваш рейтинг упал до 2%. Куда вы исчезли?

Прохоров: Напомню, что до того, как я вступил в президентскую кампанию, у меня тоже был невысокий рейтинг. Я не прекращал свою политическую деятельность. Просто активная публичная деятельность сменилась анализом и поиском новой модели. Я отвечаю не перед СМИ, а перед теми, кто за меня проголосовал и поддерживал после выборов. Для того чтобы предложить механизм реализации тех принципов, которые были изложены в моей предвыборной программе, потребовалось какое-то время на осмысление. Во-первых, мне было важно уйти от образа лидерской партии. Я не хочу быть вождем. И не хочу создавать такую партию. Это все в прошлом. По моему мнению, идти традиционным путем — как раз и означало бы обмануть людей. Так как большое количество нанопартий все равно не будет определять повестку. Ее задают активные люди из общества — лидеры перемен. Во-вторых, во время предвыборных баталий представители власти обещали политические изменения. Нужно было посмотреть, какие изменения произойдут на деле. К сожалению, мои ожидания не оправдались, перемен нет.

ПРОФИЛЬ: То есть свое исчезновение из медийного пространства вы не считаете ошибкой?

Прохоров: Нет. Мне нужно было определиться с новой стратегической концепцией, с которой я пойду к людям. Моя цель не просто участие в политической жизни, а взятие власти обществом. Поэтому я решил, что сначала нужно найти действенную модель, которую мы с соратниками считаем оптимальной. Даже если многие пока не понимают ее.

ПРОФИЛЬ: Сейчас многие политологи в один голос заявляют, что Прохоров ушел в тень, поняв, что власть решила сделать упор не на диалог с протестно настроенными гражданами, а на конфронтацию с ними…

Прохоров: Люди имеют право заявлять все, что им хочется. Но я могу привести один забавный пример из области бизнеса. Бизнесмен Уоррен Баффет как-то давал интервью Ларри Кингу. И Ларри Кинг спросил у него: делал ли бизнесмен какие-либо ошибки? Баффет назвал пару сделок. Тогда ведущий напомнил, что и последняя сделка Баффета тоже плохая. «Нет, она не плохая», — возразил Баффет. «Подождите», — сказал Кинг и достал целую кипу аналитических отчетов, в которых все мировые эксперты написали, что это плохая сделка. Знаете, что Баффет ответил? Он спросил:«А где вы видели богатого аналитика?»

ПРОФИЛЬ: Почему вы никак не реагировали ни на разгон «Марша миллионов» 6 мая, ни на принятый в Госдуме закон о митингах? Что вы обо всем этом думаете?

Прохоров: Реакция была. Я изложил свою позицию по этим вопросам в своем блоге. На мой взгляд, сейчас перед Россией стоит проблема поколений. Молодежь, являясь активным драйвером изменений и альтернатив, требует конкуренции во всех сферах жизни. И этим людям непонятно, почему их забирают в полицию, если они надевают белую ленточку или какой-то шарф. Это все абсолютно неправильно. Тем более что в результате недопонимания власти и граждан происходит радикализация общества. Ее необходимо остановить. И основную ответственность в этом вопросе, по моему мнению, несет власть. За нее голосовали, и она должна работать на всех граждан. Задачу нашей «Гражданской платформы» я как раз и вижу в том, чтобы выслушать каждого и не допустить раскола общества, стать мощной политической силой, объединяющей страну.

ПРОФИЛЬ: А что скажете о многотысячных штрафах для митингующих, которые были введены на прошлой неделе?

Прохоров: Я считаю эту меру абсолютно неразумной. Она совершенно не нужна и ведет к дальнейшей эскалации конфликта.

ПРОФИЛЬ: В предвыборный период вы
активно участвовали в митингах протеста с жесткой антипутинской повесткой. Требования протестующих остались прежними, но на их акции вы больше не ходите. Что изменилось?

Прохоров: Повестка митингов просто перестала быть актуальной. Когда это было своевременно, я участвовал в митингах. Согласно социологическим опросам, граждан проблема несправедливых выборов уже не очень волнует, и нельзя много раз выводить людей с одними и теми же требованиями. Это разрушает желание общества активно участвовать в политическом процессе. Я очень уважаю протестующих, но считаю, что выходить на улицы нужно с актуальной повесткой, с программой, которую можно реализовать, иначе многие просто разочаруются. Нельзя тупо говорить, что Путин или кто-то другой все делает неправильно, как это происходит сейчас. Это приводит к отрицанию как всего плохого, так и всего хорошего. Я бы хотел обсуждать содержательно, что плохо, а что хорошо. Как сказал Юрий Шевчук: «У меня нет времени бегать по митингам, мои концерты — это и есть мой митинг». И мой митинг — это проект создания «Гражданской платформы», силы, опирающейся на пробуждающееся общество, с помощью которой мы будем продвигать во власть ярких и талантливых людей, как это уже было в Ярославле и в Тольятти.

ПРОФИЛЬ: Предлагали ли вам министерский пост во время формирования правительства?

Прохоров: Очень аккуратные намеки были. Но еще во время выборов я четко сказал, что работать в этом правительстве не хочу. Поэтому до обсуждения конкретных позиций речь не дошла. При этом я не считаю зазорным ходить в Кремль или в Белый дом. Я считаю, что люди делятся лишь на тех, кто хочет перемен, и на тех, кто их не хочет. И среди людей, работающих в администрации президента и Белом доме, немало тех, кто хочет позитивных изменений. И общение с этими людьми — это и есть помощь в создании нового правящего класса и продвижение через них новых лидеров перемен.

ПРОФИЛЬ: А как вы оцениваете то правительство, которое было сформировано в итоге?

Прохоров: Всегда очень легко критиковать. Всегда можно сказать, что набрали не тех. Но я, как человек, который занимался управлением большими компаниями, знаю, что это процесс крайне непростой. И все будет зависеть от того, сможет ли эта команда перейти от ручного к стратегическому управлению страной. Там есть серьезные профессионалы, но сейчас главный вопрос: смогут ли они работать вместе?

ПРОФИЛЬ: Что вы думаете об Алексее Кудрине?

Прохоров: Я считаю, что он очень профессиональный человек. И то, что он делает на площадке Комитета гражданских инициатив, безусловно, полезно. Там собрались эксперты, которые работают над очень важными программами. Что же касается его политического будущего, то он должен на этот вопрос отвечать сам.

ПРОФИЛЬ: Но ведь Кудрин расходится с вами, например, в оценке правительства. Он считает его техническим и не готовым к прорыву…

Прохоров: У нас с ним разные биографии, разный опыт Он работал внутри системы, а я — в бизнесе и сам строил множество команд. Через меня прошли тысячи людей, и я знаю, что людям нужно дать время. Очень часто бывает так, что яркие имена, собранные вместе, сами по себе не работают. Поэтому нужно давать людям шанс на реализацию.

ПРОФИЛЬ: Почему вы решили выбрать такую необычную модель партии — «Гражданскую платформу», в которой будут состоять всего пятьсот юристов?

Прохоров: Я проанализировал целый ряд успешных кампаний и выяснил, что работает, а что нет. Модель, при которой лидер партии — это фактически ее вождь, не работает. Во всех успешных кампаниях последних лет — не только в России — гражданский актив ведет за собой партию, а не наоборот. Работает модель, при которой политическое движение граждан использует все возможности, включая, конечно, и партию, но на подчиненных ролях. К сожалению, российские законы недружелюбны к моделям гражданской политики и гражданских движений. Пришлось искать работающий вариант связи «общество—партия». И если бы мне нужно было еще три месяца на то, чтобы хорошенько подумать, я взял бы и большую паузу.

ПРОФИЛЬ: А кто будет председателем партии, кто войдет в ее политсовет?

Прохоров: Выберем кого-то из профессиональных юристов с репутацией. В руководстве партии ни меня, ни моих соратников не будет. И содержать партию будет не только Прохоров, а люди, которые также делегируют в нее своих представителей.

ПРОФИЛЬ: Но все же сколько вы лично готовы вложить в финансирование региональных избирательных кампаний ваших кандидатов?

Прохоров: Не более 10% от той суммы, которую вложат граждане и сторонники. Иначе эта конструкция станет неустойчивой. Более того, если люди не поддерживают идею финансово и лично, значит, никаких экспериментов вообще не нужно. Сейчас я отказываюсь от простой конструкции ради справедливой и сложной. И, надеюсь, более действенной.

ПРОФИЛЬ: Но ведь в этом случае на этих наемных юристов будет легче оказать давление, чем на ваших ближайших соратников. Не боитесь, что тогда история с «Правым делом» повторится еще раз, и вы вновь лишитесь всякого контроля уже над «Гражданской платформой»?

Прохоров: В «Правом деле» произошла совсем другая история. Я просто хотел пойти по короткому пути. Лежала «прокремлевская дохлятина», и я решил ею воспользоваться. Но жизнь показала мне, что ничего чужого брать нельзя. Нужно со своими сторонниками делать что-то свое и идти к людям не сверху, а снизу.

ПРОФИЛЬ: Но если бы в руководстве партии стояли преданные лично вам люди, переманить их было бы гораздо сложнее?

Прохоров: Почему вы считаете, что в партии должны быть лично преданные мне, а не гражданскому обществу люди? Партия — это входной билет на выборы для новых лидеров из гражданского общества, а ее руководителем будет честный и профессиональный человек, который сможет наладить работу в этой структуре.

ПРОФИЛЬ: Что касается программы партии. Что ляжет в ее основу? Ваша предвыборная программа или вы разработаете какой-то новый документ?

Прохоров: Основой программы станет моя предвыборная программа, в которой перечислены базовые ценности, за которые уже проголосовали 6 млн человек. Хотя эту программу нужно будет углублять и расширять.

ПРОФИЛЬ: Но ведь партия должна реагировать и на повседневные события, волнующие всю страну. Кто будет этим заниматься?

Прохоров: Культурой и образованием будет заниматься моя сестра. Она разбирается в этом. Экономическими вопросами будут заниматься эксперты, с которыми мы ведем переговоры. По ряду вопросов мы готовы использовать помощь внешних экспертов, например, уже упомянутый Комитет гражданских инициатив Леонида Кудрина. Есть инструмент краудсорсинга, когда какое-то решение можно проанализировать при помощи Интернета или уличных опросов. То есть это будут различные дискуссионные площадки в разных формах. При этом никто никуда никого не загоняет. Хочешь — работай, не хочешь — не работай.

ПРОФИЛЬ: Когда вы планируете зарегистрировать партию и когда она начнет активно участвовать в региональных выборах?

Прохоров: Мы планируем летом закончить процесс ее регистрации, чтобы участвовать в четырех губернаторских выборах, трех выборах мэра и шести выборах в законодательные собрания. То есть там, где мы будем находить лидеров, мы и будем их продвигать. Но если по каким-то причинам пока лидеров не найдем, абы кого продвигать мы не будем.

ПРОФИЛЬ: На митинге 12 июня оппозиционеры хотят организовать своего рода референдум, поставив вопрос о перевыборах депутатов Мосгордумы и мэра Москвы. Вы поддерживаете эту инициативу?

Прохоров: В моей президентской программе было сказано, что после победы любого кандидата 4 марта было бы полезно переизбрать всю вертикаль власти в течение двух лет — с губернаторов до мэров. Я считаю, что это было бы очень полезно для страны. И я эту идею поддерживаю.

ПРОФИЛЬ: Но вы лично намерены баллотироваться на пост мэра Москвы?

Прохоров: В рамках «Гражданской платформы» еще до назначения выборов будут проводиться специальные праймериз. И если через три года у меня будет шанс не только принять участие в выборах, но и выиграть, я такой возможности не исключаю.

ПРОФИЛЬ: А если по итогам этих праймериз или опросов на первое место выйдет Алексей Навальный, вы поддержите его кандидатуру?

Прохоров: Нет. Я против революционной смены власти и националистической повестки. Потому что революции приводили сами знаете к чему. Вспомните семнадцатый год. Тем более мэр города — это и хозяйственник, и политик. Для управления таким городом, как Москва, нужен хозяйственный опыт, а не только митинговый.
А у Навального хозяйственного опыта вообще нет.


 
Расскажите об этом друзьям!